Полезный бог
Окончилась гражданская война, отгремели и миновали героические тяжелые годы. Страна медленно оправлялась от ран, нанесенных интервенцией. В 1921 году вместо сурового режима военного коммунизма была объявлена новая экономическая политика. Подняли голову, повеселели частники и спекулянты. Им казалось, что наступило самое время «погреть руки»  -  снова разрешена торговля, запрещенная в военные годы. На площадях Москвы возникли своеобразные рынки  -  толкучки. Сюда сходились сотни людей, на разные голоса «торговцы» выкрикивали здесь названия своих товаров, расхваливали их преимущества. А товары эти были старыми обносками, искалеченными примусами, колченогими стульями. Народ метко назвал тогда такие сборища «барахолками».

На Трубной площади размахнулся огромный рынок живности  -  здесь торговали кроликами, ежами, певчими птицами, аквариумными рыбами. Рыбный ряд рынка на Трубной… Довольно своеобразное и совсем неприятное зрелище  -  его стоит описать поподробнее.

«Рыбные рынки» появились в Москве еще до революции, когда возник интерес к любительскому аквариуму. Сначала торговля шла на «вербное воскресенье», в праздник весны, а потом и в каждое воскресенье. Рыбный торг был печально знаменит и в дореволюционной России. С возмущением говорил о нем Золотниц — кий: «Что поражает больше всего в этом зрелище, так это удивительное совмещение нежных красот природы с самыми отвратительными примерами человеческой жестокости развязно — зазывающих продавцов, для которых радужные рыбки всего лишь «предмет» торговли».

А  вот   как  в   одном   из  своих  стихов   подметил   этот   контраст поэт Саша Черный:

Червонные рыбки из стеклянной обители
Грустно — испуганно смотрят на толпу.
Вот замечательные американские жители  -  
Глотают камни и гвозди, как крупу!

А. П. Чехов писал: «Мужики сидят в ряд. Перед каждым из них ведро, в ведрах же маленький кромешный ад. Там в зеленоватой мутной воде копошатся карасики, вьюнки, малявки, улитки, лягушки, жернянки, тритоны; большие речные жуки с поломанными ногами шныряют по маленькой поверхности, карабкаясь на карасей и перескакивая через лягушек. Лягушки лезут на жуков, тритоны на лягушек».

Теперь тебе ясна картина этого необыкновенного рынка, где, говоря словами Чехова, «животных любят так нежно и где их так мучают».

Однако в промышленности и торговле частник шаг за шагом уступал свои позиции социалистическим предприятиям. Вытеснив частника из крупных отраслей хозяйства, нельзя было оставлять его в мелких. Надо было бороться против разгула спекуляции и в торговле зоотоварами. А как? Единственный путь  -  организовать государственную торговлю, открыть зоомагазины, разводить для них аквариумных рыб, певчих птиц.

Это было новое, ни в одной стране не виданное дело  -  государство берется за зооторговлю. В начале тридцатых годов в Москве открываются зоомагазины. Рыб для них начинает поставлять первая государственная рыборазводня. Во главе ее  -  Алексей  Молчанов.

Тысячи трудящихся получили возможность иметь дома аквариумы, приобретать для них рыб по дешевым государственным ценам. То, что до революции было достоянием узкого круга богатых людей, стало в тридцатые годы достоянием советских рабочих и служащих. В сотнях семей появились аквариумы, клетки с птицами и зверьками. «Ходишь по городу,—  писал в 1935 году журнал «Юный натуралист»,—  смотришь в окна, и не предполагаешь, как увеличилось птичье, рыбье и прочее звериное население Москвы. Благодаря работе зоомагазинов, благодаря дешевым ценам оно за последние годы увеличилось в несколько раз. Государственные зоомагазины стали теми вокзалами и гостиницами, откуда рыбы, птицы и звери расселялись на постоянное жительство по школам и квартирам москвичей».

В тридцатые годы в Ленинграде возникло и первое советское общество натуралистов.

Жить становилось все лучше, а вместе с ростом материального достатка советских людей росли и потребности их, расширялись их интересы. Все больше рабочих, служащих, студентов и школьников собиралось на заседаниях Ленинградского общества натуралистов. А когда в Москве или Ленинграде проводились аквариумные выставки, туда устремлялись сотни тысяч любителей живой природы.

Открылись и постоянные павильоны «Аквариум» в Московском и Ленинградском зоопарках.

Но было немало и трудностей. Пятьдесят тысяч аквариумных рыб в 1932 году, шестьдесят тысяч в 1933. Такое количество рыб поставлял Московский рыбопитомник в зоомагазины столицы. А директора магазинов ежедневно звонили Молчанову:

 -  Алексей Васильевич, дорогой! Подбрось еще рыбок  -  очередь стоит.—  И, узнав, что рыб нет, возмущались:  -  Неужели больше не можешь разводить!

Молчанов действительно не мог  -  не хватало аквариумов. Аквариумы, как известно, делаются из металлического каркаса и стекла. Вот в каркасе — то и была загвоздка. Для каркасов нужно оцинкованное железо. Достать его было трудно. Металл в первую очередь шел на важные гигантские стройки. Металла было мало, его считали на килограммы. Достать оцинкованное железо для аквариумных каркасов не удавалось.

Однажды одна юная аквариумистка попросила Молчанова проконсультировать ее  -  посмотреть, почему у нее все время гибнут рыбы.

Молчанов приехал к ней. Осмотрев аквариум, стоявший возле одного из южных окон, Алексей Васильевич сразу понял причины неудач. С разрешения хозяйки дома он взялся за переделку. Передвинул аквариум к восточному окну  -  так будет на него падать меньше света, выловил рыб в банку, слил воду в ведра, ссыпал песок в таз, чтобы перемыть его. В разгар этой работы в соседней комнате послышались шум и громкие голоса. Дверь открылась, Молчанов разогнулся и вдруг очутился лицом к лицу с высоким человеком  -  пышные волосы вразлет, большие пушистые усы, веселые карие глаза. Да это же Орджоникидзе!

 -    Ну, здравствуйте, здравствуйте, маг и волшебник подводного царства!  -  весело приветствовал его Серго.—  Вот, товарищи,—  обратился он к приехавшим с ним,—  всех богов мы ликвидировали, остался только этот  -  «рыбный бог»! Но это полезный бог, мы его оставили. Так, что же у нас тут приключилось?!..

Потом Молчанов не раз ездил к Орджоникидзе, привозил растения, вуалехвостов, корм, помогал дочери Серго ухаживать за аквариумом. Однажды, отчитав кого — то по телефону и в сердцах бросив трубку, Орджоникидзе сказал:

 -   Вот, Алексей Васильевич, какие еще нерадивые люди есть у нас. Отсюда и трудности, неполадки. Ну, у вас — то, наверное, таких трудностей не встречается?

Молчанов не удержался и рассказал о своих неудачных попытках раздобыть железо для аквариумов.

 -   Оцинкованное железо?  -  задумался Орджоникидзе.—  Надо дать. Жизнь становится все легче и краше, а значит, становится больше и любителей разных увлечений, в том числе и рыбных. Надо дать вам железо.

Вскоре на стеллажах рыбопитомника появились новые аквариумы, и выпуск рыбы сразу увеличился вдвое. Орджоникидзе не только распорядился, он специально приехал проверить, как выполнено его распоряжение.

 -   Теперь, «рыбный бог», вы довольны?

Аквариумы эти и ныне стоят в Московском рыбопитомнике.

Много замечательных достижений было в те годы, много хорошего. Но мирную жизнь прервала война.

Четыре года героически сражался советский народ, пока не разгромил самого сильного врага  -  гитлеровский фашизм. Все было подчинено этой цели  -  победить.

Но история аквариума не прерывалась и в это время. Люди, которые со всей страстью отдавались любимому делу в мирные дни, не изменяли ему и теперь. На память приходят некоторые эпизоды этих лет. Тяжелая блокадная зима 1941 — 1942 годов в Ленинграде. Голод. Мороз. Обстрелы. Но город живет, люди работают, учатся. Только вот учитель Кутепов не пришел как — то в школу.

После уроков ребята идут узнать, не заболел ли Иван Васильевич.

 -   Умер он,—  рассказывает соседка.—  Последние крошки хлеба с рыбками делил, они у него из школы взяты, там, говорит, замерзли бы…

А вот еще одна печальная история тех лет. Не явился на работу хирург Морозов. Накануне он сделал двенадцать операций раненым бойцам. Посылают санитарку узнать, что с ним. Она возвращается в слезах.

 -   Сидит он мертвый у стола, как живой,—  рассказывает она сквозь рыдания,—  стали мы шубу на нем расстегивать, а там у него баночка с рыбками спрятана, последним теплом своим их согревал…

Летом 1942 года школьники — юннаты под руководством биологов организовали сбор пресноводных улиток и ракушек. Мясо их употреблялось в пищу в блокадном Ленинграде.

Осенью 1941 года пострадало от близкого взрыва здание Московского рыбопитомника. Но ни на один год не прекратилась его работа. В медицинские учреждения и госпитали увозили сотни рыб и мексиканских земноводных  -  аксолотлей, которые необходимы были для экспериментов. А детские сады? Дети есть дети. И для них тоже разводили рыб.

Потом, после войны, корреспондент одного английского журнала с изумлением воскликнет:  -  «Это был единственный питомник аквариумных рыб в воюющих странах, который не прекращал своей работы все время войны!».

И, наконец, последний эпизод из совсем недалекого прошлого.

Кончилась война. Фашистская Германия лежала в развалинах. Капиталисты спешно перебирались из восточной зоны оккупации, где стояла Советская Армия, в западную, под крылышко США. К одному из контрольных пунктов на границе двух зон подошел высокий белокурый немец с двумя бидонами в руках.

 -   Что несете?  -  спросил советский боец.

 -   Воду,—  последовал ответ. _

-    ?!.

 -    Я не шучу, воду.

 -   Покажите!

Боец нагнулся, снял крышки с бидонов. В воде было полно мелкой рыбки.

 -   Рыба? Для чего?

 -    Аквариумная… Развожу ее… Продавать думаю,—  пояснил немец.

Боец удивленно покачал головой, взглянул на развалины берлинских домов, на голодных берлинцев, роющихся в отбросах, и вздохнул: «Ну, проходите!». Немец благополучно перебрался на Запад и потом основал там огромную фабрику по разведению аквариумных рыб и растений. Историю эту он описал в одном американском журнале. «Наверное,—  писал он,—  этот русский Иван никогда и не слышал, что рыб содержат в аквариумах».

Ты спросишь, зачем я привел эту историю?

А вот зачем: ныне этот же немец  -  глава фирмы  -  забрасывает советские организации письмами с просьбой установить с ним контакт и продавать ему рыб из СССР. И тот же американский журнал опубликовал за последние десять лет немало статей о жизни советских аквариумистов. Многие из них снабжены примечанием: «Сенсация! Получено прямо из Советской России! Русские увлекаются аквариумом. Огромные аквариумные клубы в Москве и Ленинграде. Аквариумисты есть во всех советских городах!» Вот как меняется время! Вот как развивается история аквариума!